Комиссия по делам несовершеннолетних: наша цель — не наказывать, а помочь

На сегодняшний день на учёте в Комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав состоят 27 несовершеннолетних и 26 неблагополучных семей. За каждой этой цифрой — живой ребёнок, живая семья, и почти всегда — большая беда. Но кто эти специалисты из Комиссии? Многие представляют их строгими тётеньками, которые только и делают, что ставят на учёт и пугают. На самом деле всё ровно наоборот. Оксана Анатольевна Хандогина, специалист комиссии, формулирует главную концепцию своей работы коротко и без пафоса: «Наша цель — не наказывать, а помочь, предотвратить беду». И это не просто красивые слова — за ними стоит огромная профилактическая работа, рейдовые мероприятия, визиты в квартиры, где из мебели порой только рваный диван и пустые бутылки, долгие уговоры, слёзы, срывы, редкие спасибо и постоянное чувство, что ты не имеешь права отвернуться.
Комиссия по делам несовершеннолетних — орган коллегиальный. По сути, это штаб, который координирует работу всех, кто так или иначе касается детства: полиции, здравоохранения, культуры, центра занятости, образовательных и социально-реабилитационных учреждений. Получается огромная сеть, в центре которой — ребёнок. Причём работа идёт по двум параллельным трекам. С одной стороны, это дети, которые становятся жертвами обстоятельств: их надо защитить от пьющих родителей, грязи, жестокости. С другой — ребята, которые сами по тем или иным причинам нарушают закон. Но, как подчёркивает Оксана Анатольевна, дети изначально не рождаются нарушителями. Это окружающая среда толкает их совершать преступления.
И эта среда подкидывает пугающие сюжеты. Самая больная тема для Дальнегорска — мелкие хищения в супермаркетах. «Это просто катастрофа, — вздыхает специалист. — Украл шоколадку, не донёс до кассы. Либо вышел, съел, вернулся повторно, зная, что не поймали — и пошёл ещё раз украсть. И очень много маленьких по возрасту детей: пятый класс, даже младше». Оксана Анатольевна рассказывает, что общалась с директором одного из супермаркетов с просьбой усилить контроль за маленькими покупателями. Но руководитель лишь разводит руками. К каждому ребенку охрану не приставишь. Так что мальчишки и девчонки совершают хищения. Причём дети хорошие, сытые, дома у многих всё нормально. Почему тянут чужое? В основном не от голода. Первая причина — адреналин. «На слабо» — старая как мир игра, которая в магазинной реальности оборачивается протоколом. Вторая — реже, но бывает: угрозы со стороны старших или сверстников. На комиссии иногда признаются: «Мне сказали, если не украду — побьют». Но это единицы. В основном — желание показать свою крутизну.
Ещё один пласт головной боли — мопеды. Это вообще бич, особенно летом. Самое страшное, что опасные двухколесные транспортные средства несовершеннолетним покупают родители, бабушки, дедушки. Уважаемые взрослые! Подумайте, что вы делаете. Помните: идя навстречу желаниям ребенка, вы можете создать угрозу его жизни и здоровью! Даже взрослые не всегда могут справиться с управлением легкой и на первый взгляд совершенно безобидной игрушкой-скутером. Что уж говорить о детях. Кроме того, юные водители подвергают опасности не только свою жизнь, но и жизнь других участников дорожного движения. Зачастую они берут на себя ответственность за жизнь и здоровье своего пассажира.

Но если подростковые шалости — это полбеды, то настоящая бездна — взрослые. Родители. «Очень много пьют, — констатирует специалист коротко. — Пьют, пьют и пьют». И тут комиссия бессильна: заставить лечиться нельзя, это должно быть личное желание. «Уговариваем, — говорит Оксана Анатольевна. — А это бывает просто как о стенку. Слышим: “Я не нуждаюсь в лечении”. И что с ними делать?» Многие обыватели уверены: раз мать пьёт — детей тут же изымают и отправляют в центр. Нет, сейчас система работает иначе. И слово «изымать» специалисты стараются не употреблять. «Желательно вообще не забирать ребёнка из семьи, — объясняет Оксана Анатольевна. — Надо сначала найти всех родственников, может кто-то из них сможет взять на себя ответственность по временному содержанию ребёнка, чтобы его не в социальное учреждение отправлять, где ему вряд ли будет лучше». В крайнем случае, если совсем некуда, тогда уже центр. И с мамой потом работают — уговаривают пролечиться.
Бывает, что получается. Но чаще — долгий, мучительный цикл. Оксана Анатольевна рассказала про одну женщину: та шесть лет клянется, что бросит пить, даже проходила лечение, но, возвращаясь домой, вновь начинает злоупотреблять с сожителем. Дети сами по себе, в школу не ходят, хулиганят. В итоге недавно даму в бессознательном состоянии забрали насильно, отвезли в наркологию. «Вот сейчас она более-менее держится, — говорит специалист. — Но врач сказал: всё запущено». И таких историй — десятки. Многие не выдерживают, срываются, дети снова в центре, и круг замыкается.
Но если выбор взрослого человека вести такой образ жизни – это его выбор, то что делать с детьми? Самое страшное, что для них это становится нормой, они идут той же дорогой, так как не знают другой жизни. Не знают, что существует чистое постельное белье, хорошая одежда, сытый завтрак, трезвые мама и папа. Кто потом вырастает из таких детей? К сожалению, ответ известен.
«Воспитание должно начинаться с детского сада», — убеждена Оксана Анатольевна. «Потому что, если в раннем детстве не заложено что-то важное, позже, в подростковом возрасте, родители для ребёнка уже никто, пусть ты 500 раз изменишься, перестанешь пить, начнёшь работать. То, что ты заложил в ребёнка до трёх лет, — то и будет». Подростковый максимализм, ориентир на сверстников, отрицание авторитета взрослых — всё это работает как стена. И комиссия бьётся в эту стену каждый день. Один из ярких примеров — девочка-подросток, которая на несколько суток неоднократно уходила из дома, стоя на учете, вела себя нагло, хамила. На все вопросы один ответ: «А вам какая разница? Это моё дело». Рядом мама, которая никак не может повлиять на 14-летнего подростка. Позже выяснилось, что родительница ранее злоупотребляла спиртным, и когда надо было воспитывать ребенка, объяснять, что такое хорошо, а что такое плохо, она находилась в пьяном угаре. Сейчас пить бросила, но время упущено. Для ребенка она не авторитет. По большому счету у ребенка вообще нет авторитетов.
В конце беседы Оксана Анатольевна напоминает: для многих детей и их родителей любая «шутка» может обернуться реальной статьёй. Кража шоколадки в магазине — это не баловство. В соответствии с Кодексом об административных правонарушениях, мелкое хищение (статья 7.27) влечёт штраф и постановку на учёт. Ложное сообщение о минировании школы — уже уголовная статья 207 УК РФ, а с 14 лет можно получить реальный срок. Оскорбления в соцсетях или в школе — штраф по статье 5.61 КоАП РФ, и платят его родители. А за управление мопедом без прав — штраф от 5 до 15 тысяч рублей, а если водитель моложе 16 лет, то наказание ложится на родителей по статье 5.35 КоАП РФ.
Задача Комиссии по делам несовершеннолетних – не наказать, а помочь в трудной ситуации ребенку или семье. Это ежедневная, не всегда благодарная, но жизненно необходимая работа. Работа, где терпение и человечность значат больше, чем строгость, а настоящий успех – это вовремя замеченная беда и вовремя протянутая рука. И пока такие люди, как Оксана Анатольевна Хандогина, продолжают ходить по неблагополучным квартирам, уговаривать, убеждать, помогать, то шанс на то, что 27 детей и 26 неблагополучных семей на учёте однажды превратятся в ноль, остаётся. Очень маленький, но всё-таки шанс.

Инна РАХУБА